На главную страницу

 

Об Академии
Библиотека Академии
Галереи Академии
Альманах <Академические тетради>

НЕЗАВИСИМАЯ АКАДЕМИЯ ЭСТЕТИКИ И СВОБОДНЫХ ИСКУССТВ

 А. Дюрер. Св. Иероним в своей келье. 1514

БИБЛИОТЕКА АКАДЕМИИ

 

Исторические идеалы и смыслы бытия человека и человечества

Ю.Б. Борев. ПАРАДИГМА СОВРЕМЕННОЙ ЭПОХИ

 

СООБРАЖЕНИЯ — ВОЗРАЖЕНИЯ — ПОЛЕМИКА

Академик Независимой академии эстетики и свободных 
искусств, д.ф.н., проф. Л.Н. Столович (Тарту, Эстония)

РАЗМЫШЛЕНИЯ О КОНЦЕПТЕ ПРОФ. Ю. БОРЕВА <ПАРАДИГМА ЭПОХИ>

Концепт Юрия Борева "парадигма эпохи" представляется мне очень содержательным. Несомненно для меня его основоположение, базирующееся на кантовском принципе самоценности человеческой личности: "человек — наивысшая ценность мира и на него распространяются права человека и общечеловеческая солидарность". На мой взгляд, важны, предложенные Боревым, характеристики составных элементы этой парадигмы: гуманная глобализация, социальная конвергенция, геокультурная и геополитическая конвергенция, инициативная демократия. Сам призыв к разработке "парадигмы эпохи" весьма своевременен, и Юрий Борев вносит в эту разработку существенный вклад.
Однако одно положение его сообщения вызывает у меня категорическое несогласие: "Выскажу непопулярную сегодня мысль: крах СССР — это трагедия человечества вселенского масштаба. Это утверждение вовсе не результат ностальгии по брежневскому застою или сталинскому тоталитаризму. Социализм Социализм  давал человечеству надежду на выход из адского круга противоречий буржуазного общества. Вместе с СССР эта надежда рухнула".
Мысль эта, увы, становится достаточно популярной среди сторонников "державного теченья" и требует критического обсуждения, чтобы парадигма современной эпохи не была замутнена ностальгией по эпохе, отнюдь не гуманной. Я не оспариваю мысль о том, что крах СССР — это личная трагедия для многих людей, живших в системе "развитого социализма", особенно тех, кто для себя уже построил коммунизм в одной отдельной стране. И не только их. Распад страны, занимавшей 1/6 часть земной суши, затруднил передвижение людей в рамках бывшей территории СССР, хотя и облегчил им пересечение границ бывшего "железного занавеса". Этот распад нарушил десятилетиями устанавливавшиеся экономические связи, и, устранив многие старые несуразности и абсурды, привел к новым жёстким противоречиям и противостояниям на территории бывшей советской империи. Однако, рассматривать крах одного из самых тоталитарных государств в истории человечества, которое убивало миллионы людей, депортировало целые народы и даже в сравнительно "мирную" эпоху по своему произволу вводило свои войска в Чехословакию и Афганистан, поддерживало тоталитарно-террористические режимы в других странах, затыкало рот своим гражданам, третировало и губило множество талантов как трагедию человечества вселенского масштаба, на мой взгляд, совершенно неправомерно. Подлинная трагедия, как справедливо утверждал сам Юрий Борев в своих превосходных трудах о комическом и трагическом, — это гибель и страдание подлинно ценного, есть утверждение ценности, несмотря на гибель ее носителей, индивидуальных или социальных. Именно этим она вызывает сострадание и катарсис. Самоликвидация тоталитарного режима не может быть трагедией человечества вселенского масштаба. Всякие разговоры о том, что Советский Союз потерпел крах в результате деятельности отдельных людей, является невольным признанием нежизнеспособности советского режима: хорош тот общественный строй, который могут разрушить усилия нескольких человек!
Впрочем, меру ценности общественного строя, гибель которого Борев  возводит до уровня трагедии человечества вселенского масштаба, отлично показал сам Юрий Борисович: "В ХХ в. Россия выдвинула новое художественное направление — социалистический реализм, утверждавший, избавление от зла революционным путём (мир насилья следует разрушить с помощью насилия и построить новый мир, в котором нет частной собственности, а личность подчинена государству). Концепция, утверждавшаяся соцреализмом претерпела кризис, потому что насилие раз начавшись не прекращалось и слезинка ребенка отравляла революционные достижения; а развившаяся личность устремилась к обретению большей степени свободы от государства".
По словам древнего мудреца Антисфена Афинского, "государства погибают тогда, когда не могут более отличать хороших людей от  дурных". Не касаясь причин, в результате которых это происходит, все, кто имел возможность непредвзято наблюдать то, что творилось в "стране победившего социализма", не могут не оценить мысль Антисфена как пророческую.
Что касается утверждения о том, что "социализм давал человечеству надежду на выход из адского круга противоречий буржуазного общества> и что "вместе с СССР эта надежда рухнула", то это полная иллюзия, ибо, как теперь очевидно, рухнувшая надежда  была ни чем иным, как иллюзией. Не могу не согласиться с одним из самых остроумных и мудрых людей прошедшего века — Ежи Лецом (в признании этого факта мы с Юрием Боревым вполне солидарны): "Лучше дорога без указателя, чем указатель без дороги".
Убежден в том, что парадигма эпохи должна полностью исключить всякий тоталитаризм, что справедливо предусматривает и сама концепции  Юрия Борева: "Отказ от государственного эгоизма становиться условием выживания человечества".

Ю.Б. Борев (ответ Л. Столовичу). "Свобода, равенство и братство" - тоже утопический лозунг. Благодарю за замечания. Выскажу некоторые скорее даже разъяснения, чем возражения.
1) следует обратить внимание на тезисы а) о конвергенции капиталистического рынка и социализма (путь на Востоке Китая и на Западе Скандинавских и некоторых др. европейских стран) и б) об отрицании с удержанием положительного. Неужели, в социализме нет ничего ценного, подлежащего конвергенции?! Содержать нечто ценное — могучую личность — может и "нехороший человек Ричард", и потому его гибель для Шекспира — трагедия.
2) конечно, в парадигме социалистического реализма — немало утопического и иллюзорного. Однако это не мешало этой парадигме мощно продвигать историю вперед, тоталитарность в СССР кончилась со сталинской эпохой и развивался жесткий авторитарный строй, допускавший в своих эгоистических интересах такие не гуманные акции как Чехословакия и Афганистан, однако эти "тоталитарные" акции по своему эгоизму и своим морально-отрицательным качествам ничуть не хуже "демократических" бомбардировок Белграда и вторжения в не очень доброе и не очень гуманное, но все же суверенное государство — Ирак, не обладавший оружием массового уничтожения.
3) Да, конечно, в парадигме социалистического реализма — немало утопического и иллюзорного. Но в истории человечества не было ни одной не утопической парадигмы, все они были обречены на кризис и на не полное осуществление. (Вспомни парадигму буржуазной революции "свобода, равенство и братство". Прошло 2,5 века, а где осуществление этих идей?). Вместе с тем все иллюзорные и утопичные парадигмы оказывали некоторое историческое время мощное влияние на жизнь и способствовали прогрессу общества.

Л.Н. Столович. Социализмы бывают разные ("казарменный", "национальный", "развитой"). Я рад, что Ю.Б. Борев без обиды отнёсся к полемике. Проясню мою позицию, по высказанным им соображениям.  
Борев риторически спрашивает: "Неужели в социализме нет ничего ценного, подлежащего конвергенции?" Встречный вопрос: О каком социализме идет речь? К социализму как социальному идеалу я отношусь с должным почтением. Я не отрекаюсь от своей книги "Категория прекрасного и общественный идеал" (1969), хотя кое-что я сейчас написал бы несколько по-другому. В книге уже 1994 г. — "Красота. Добро. Истина..." я изложил свое понимание двойственности марксизма. И сейчас полагаю, что социализм не утрачивает своей ценности, поскольку он имеет гуманистические корни, пусть даже в нем есть "нас возвышающий обман". А то, что социализм без обмана, реально дающий блага максимально возможному числу людей, конечно, должен находиться в состоянии конвергенции  с тем, что называют "капитализмом" (правда, само понятие "капитализм" должно интерпретировать, учитывая реалии нового времени, а не в духе времени возникновения марксизма), сомнения у меня не вызывает.
Однако т.н. "советский социализм" не был подлинным социализмом. Говоря словами самого Маркса, это был "грубый коммунизм, унижающий повсюду личность", "казарменный социализм", прикрывающий лицемерно социалистическими лозунгами реальность отнюдь не социалистическую и не гуманную. Поэтому-то он танками раздавил сам намек на "социализм с человеческим лицом". Государственный капитализм СССР, клонированный в других странах "социалистического лагеря" (очень характерная терминология — "лагеря"), сделал максимум возможного, чтобы дискредитировать идею социализма. Кстати, гитлеровский режим тоже именовал себя национал-социалистическим. Поэтому-то я и возражаю утверждению, что "вместе с СССР эта надежда [на социализм] рухнула". Не рухнула, а получила развитие в идее конвергенции Сахарова, разделяемой и мной, и Боревым. Попробовал бы кто-нибудь  заговорить об этом при советской власти!
Всё, что Борев говорит о парадигме соц. реализма я не отрицаю, а, напротив, выражаю согласие, поскольку он говорит о непродуктивности социального насилия.

Ю.Б. Борев. Парадигма социализма и некоторые положительные моменты ее воплощения. Я больше имею в виду парадигму социализма, нежели её воплощение. Различие и дистанция между парадигмой и реальностью есть во всех обществах во все эпохи. Вместе с тем я вижу и некоторые положительные стороны в советской и китайской моделях социализма. Так, при всех справедливых обличениях советского социализма (напомню, что я собирал материал для "Сталиниады", и для "Власти-мордасти", и для "Истории государства Советского" еще в советское время, что я был подписантом по делу Синявского и т.д.) я все же вижу не только те отрицательные свойства, которые очевидны и сегодня общеизвестны, но вижу множество и положительных свойств, которые ныне, к сожалению, в нашей повседневности утрачиваются. Перечислю: хорошо поставленное всеобщее среднее образование, серьёзное многопрофильное высшее образование, серьёзная (не без изъянов) государственность, способная отстаивать и организовывать жизнь на пространстве страны, умение добиваться успехов на важных направлениях (атомная промышленность, космос и т.д.), отсутствие установки на алчность, умение держать коррупцию и криминал примерно на уровне европейских норм, не везде хорошее, но всеобщее бесплатное здравоохранение и т.д.

Л.Н. Столович. Ограниченный контингент. Действительно варварские бомбардировки Белграда (вопрос о вторжения в Ирак более сложный. Я видел по телевизору демонстрации в Москве против этого вторжения с портретами Садама Хусейна, который кормил людьми свой зверинец, не говоря уже о всём прочем) не могут оправдать смерть 2-х миллионов афганцев, убитых "ограниченным контингентом", исполняющим "свой интернациональный долг".

Ю.Б. Борев. Разными бывают и ограниченные контингенты. Да! Жертвы интернационального долга велики, и их жалко. Однако не менее велики (но несчитаны) и не менее жалко жертв натовского "ограниченного контингента", исполняющего "свой демократический долг" в Югославии, Афганистане, Ираке (хотя в последних двух странах свергнутые режимы ни у кого из здравомыслящих людей не вызывали сочувствия). И все же, ведя не всегда корректно антитеррористические акции за тридевять земель, вряд ли корректно осуждать российские антитеррористические акции в Чечне и на официальном государственном уровне общаться с представителями руководителей боевиков и давать им политическое убежище.
После взаимных разъяснений наши расхождения с проф. Столовичем — минимальны. Почти во всем я согласен с моим оппонентом. Однако вряд ли стоит стремиться к полному единодушию.

Л.Н Столович. "Державное течение". Положительные стороны б. СССР, тобой отмеченные, конечно, признаю. Но мое обостренное отношение к его недостаткам связано с тем, что я в первой реплике назвал "державным течением" (модернизируя строку "Невы державное теченье"), которое захлестывает современную Россию. Мне — автору "Истории русской философии" — не нужно доказывать величие России и ее культуры. Если хочешь, я — русофил. Но я убежден в том, что имперская "русская идея" — это наркотик современной России, которым замечательные русские люди заменяют стремление к подлинной русской идее — к тому, чтобы русский человек жил достойно.

Ю.Б. Борев. "Россия - великая наша держава". Я, как и Столович, — русофил и полностью за то, чтобы каждый россиянин жил достойно. Это высокая и, если постараться, достижимая цель. Однако почему эта цель не может сочетаться с "державным течением", которое было присуще в той или иной форме России от Петровских времен начала XVIII до конца 80 гг. XX в. И высокое авторитетно державное положение России создавало в разные исторические эпохи возможность благотворного влияния на общеевропейские и мировые процессы (говаривали, что ни одна пушка не могла выстрелить в Европе без российского дозволения, а какую роль сыграла российская державность в 1812-14 гг. и в 1941-45 гг.). Почему Великобритания и Франция, даже после падения их метропольно-колониального статуса, почему США могут иметь "имперские амбиции", а России и думать о них нельзя? А Россия думает о своем величии, и в гимне звучат слова: "Россия — великая наша держава". Герб у современной России — от доромановских времён, флаг — от петровских времён, гимн — от советских времён. Страна опирается на свое прошлое, не отбрасывая и не перечёркивая ни одну эпоху своей трудной, не всегда светлой, но всегда великой истории. Потенциальные экономические возможности, великие культурные традиции и современные богатые культурные возможности дают право надеяться на великое державное будущее России, несмотря на все разорения, которой она подверглась в последние два десятилетия.

Л.Н. Столович. Стремление к единению человечества. Мне понравилось, что в тексте доклада Борева нет антиамериканизма, который отвлекает внимание от действительных проблем и является проявлением комплекса неполноценности. Я категорически не принимаю всякое стремление к расколу человечества, типа современного евразийства А. Дугина и бандитского поведения т.н. антиглобалистов. Ценное в предлагаемой Боревым парадигме — стремление к единению человечества на основе общечеловеческих ценностей.

Ю.Б. Борев. Единение человечества - идеал, а реальность - государственный эгоизм, и одни государства игнорируют интересы других. Я благодарен проф. Столовичу за его высказывание: "Ценное в предлагаемой Боревым парадигме — стремление к единению человечества на основе общечеловеческих ценностей". Для меня именно это самое ценное. Однако единение человечества — идеал, высшая императивная цель, а не реальность. Реальность же — государственный эгоизм и даже эгоцентризм, при котором одни государства в своей политике игнорируют интересы других государств. Не стану при этом показывать пальцем на США, где живет замечательный талантливый и работящий народ, руководимый не всегда умными политиками. По этому поводу приведу мнение мудрейшего польского фантаста и философа Станислава Лема (из его интервью). Это уместно, тем более, что Лем говорит о будущем человечества и, не называя проблему "парадигмой эпохи", касается этой проблемы:

Я хотел задать вам вопрос, есть ли у жизни смысл, но он так широк или так банален, что я спрошу вас иначе: каково будущее жизни?
Лем. Если вы спрашиваете о будущем человечества, то, думая об этом, я неизменно ощущаю беспокойство. Мы идем прямиком к ядерному конфликту. Однако я не знаю, когда произойдет окончательное столкновение — если бы знал, то наверняка сидел бы сейчас у американского президента в бронированном сейфе.
Это страшный прогноз.
Лем. Страшный, но подтверждаемый фактами. Достаточно взглянуть хотя бы на такой фрагмент политического ландшафта: как только Тегеран заявил, что хочет продолжать ядерную программу, израильский политик Беньямин Нетаньяху выступил с планом бомбежки иранских атомных центров, а в ответ Тегеран закупил у россиян ракеты средней и малой дальности, которые должны быть использованы в случае возможного нападения. Такое напряжение не сулит прочного мира.
Вы думаете, что Соединенные Штаты могут потерять контроль над всем этим?
Лем. Но Соединенные Штаты, как сказал канадский премьер Пол Мартин, это гигант без головы. Видите ли, у президента Буша есть такая особенность, что он глуп. Об этом говорит хотя бы тот факт, что он выступил против теории эволюции в пользу так называемого разумного проекта (intelligent design - прим. пер.), суть которого заключается в том, что неизвестно, в чем она заключается. Вся его администрация продвигает эту идиотскую теорию, но им просто не хватает ума:
: Вы хотели спросить меня о смысле жизни, но уклонились от этого вопроса. А я охотно отвечу: все зависит от того, где и когда живешь. Мы с женой часто удивляемся тому, что все это пережили, и как-то получилось. Но получилось ведь.
Вы видите какую-то надежду?
Лем. Для мира? Жалкие перспективы. Как можно эффективно бороться, например, с усиливающимся терроризмом, когда в этом случае неэффективна даже угроза смертной казни? Ведь они только и ждут того, чтобы умереть. Так, как я сказал вначале: медленно, но необратимо мы идем к ядерному конфликту. И это никакое не открытие, а очевидность.

Итак, я во многом согласен с Л.Н. Столовичем, а некоторые наши разногласия естественны - мы смотрим на проблему из разных стран, из разных точек, поэтому у нас не может не быть разных точек зрения. И вообще как известно, полное единодушие бывает только на кладбище.

 

К.филос. н. М.П. Стафетская (Рокфорд, США)

УТОПИЗМ ПРЕДЛАГАЕМОЙ БОРЕВЫМ
ПАРАДИГМЫ СОВРЕМЕННОЙ ЭПОХИ

Глобализация в западном мире идет под управлением могущественных и безнравственных корпораций, которые борются между собой за передел мира. Эти корпорации занимаются ограблением мира. Они ведут глобальный грабеж, аналогичный тому, который был описан русскими мыслителями и имел место после революции 1917 г. . Эти корпорации в большинстве не имеют национального лица. Их не ограничивают и не связывают национальные интересы или обязательства. Они паразитируют на стабильности общества и обладают юридической неприкосновенностью. Корпорации предают общество, пользуясь единолично прибылью и не делясь с обществом на почве которого они процветают. Происходит постепенное обеднение, сокращение социальных и образовательных программ и, в конце концов, начинается истощение общества, исчезает необходимые для его нормального функционирования факторы.
Главный составляющий элемент современной парадигмы, предлагаемой Ю. Боревым, — единение человечества, единство в многообразии — крайне романтичен и утопичен. При трезвом и не замутненном романтическими идеалами взгляде на мир можно убедиться, насколько мировое сообщество далеко от единства. Конечно, предложенная Ю. Боревым парадигма идеальна и крайне желательна. Однако она бесконечно далека от возможности осуществления. Я ежедневно по утрам читаю несколько наших американских наиболее авторитетных газет и встречаю там эгоистическую и даже эгоцентрическую корысть и непримиримость ко всему тому, что может препятствовать осуществлению собственно американских интересов, независимо от того, насколько они затрагивают интересы других государств. В этой ситуации говорить о единстве более чем безосновательно и неправдоподобно.
А интересы современного Запада и Востока — разве их можно примирить, разве они могут быть объединены?!
Я думаю, что Борев выдает желаемое за действительное.

Ю.Б. Борев. То ли еще будет! Я выдаю желаемое за парадигму, т.е. за желаемое. Парадигма во все эпохи расходилась с действительностью и формулировала идеальную (желаемую! даже не достижимую!) цель, к которой должна была стремиться реальность. И эта цель во все века, во все эпохи была утопична и трудно достижима, если достижима. Однако в этом и состоит предназначение парадигмы — ставить трудно достижимые или даже утопические и несбыточные высокие цели и побуждать общество идти к этим целям. Даже при их неосуществлении энергия борьбы за эти недостижимые цели-идеалы способствует мощному продвижению общества вперед в экономическом, политическом и культурном отношениях. А то, что в мире существуют мощные эгоцентрические силы, которым чужды идеалы человечества, выдвигаемые культурой, в исторической перспективе ничего не значит. Как бы они не были могущественны, история найдет средства и способы или укротить эти силы, или устранить их, или примирить их с необходимостью считаться с парадигмой. По этому поводу точно высказался один из персонажей (Первый министр) пьесы "Тень" Шварца: "За долгие годы моей службы я открыл один не особенно приятный закон. Как раз тогда, когда мы полностью побеждаем, жизнь вдруг поднимает голову". Новая эпоха только начинается. Ей всего каких-нибудь четверть века, а сроку ее будущего развития даже несмотря на колоссальное убыстрение исторического движения — сто-двести лет. Так что: то ли еще будет!

 

См. далее:

ДИАЛОГ И ВЗАИМОПОНИМАНИЕ

ВРЕМЯ, ВПЕРЕД!

ПАРАДИГМА — РЕАЛЬНОСТЬ — КУЛЬТУРА

РОССИЯ — ПАРАДИГМА — НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ

НАЦИОНАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА И ПУТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

СОЦИУМ — ПРИРОДА — КОСМОС

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ИТОГИ

Ю.Б. Борев. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ